Сотрудничество с Россией поможет Ирану выйти из-под санкций США

Развитие торгово-экономических отношений России и Ирана возможно по целому ряду направлений, считает старший научный сотрудник Института Востоковедения РАН Владимир Сажин.

Россия будет продолжать развивать торговые отношения с Ираном

Председатель Государственной Думы РФ Вячеслав Володин заявил, что в условиях действия односторонних санкций США Москва и Тегеран должны развивать свой товарооборот и делать ставку на углубление торгово-экономических отношений.

Это логично, учитывая, что наш товарооборот составляет сегодня всего 2 млрд долларов.

Володин находится сейчас с официальным визитом в Тегеране, где налаживает диалог с иранскими партнерами, которые в условиях внешнеполитического давления США, достигшего беспрецедентного накала после убийства генерала Сулеймани, настроены на развитие отношений с Россией по всем направлениям. Естественно, торгово-экономическое сотрудничество занимает здесь особое место.

Другой вопрос, что фактор экстерриториальных санкций США влияет и на российские компании, из-за чего наши нефтегазовые структуры также свернули работу в этой стране, да и американские рестрикции уже успели оказать негативное влияние на экономику Ирана.

«Наиболее перспективным является сотрудничество в сфере мирного атома. Это, прежде всего, строительство атомных станций – первый энергоблок АЭС в Бушере уже дает ток, и сейчас Россией там возводится второй энергоблок», — констатирует Сажин.

В перспективе здесь будет построен и третий энергоблок, причем данный проект носит характер стратегической важности для Ирана. Эту станцию начали возводить немцы из ФРГ еще при шахском режиме, а с девяностых годов достраивали специалисты «Росатома».

По сути своей, АЭС в Бушере представляет собой срезку сложной и противоречивой истории Ирана в XX и XXI веке.

Данная станция необходима Ирану, поскольку, как и в Турции, дальнейшее развитие национальной промышленности в этой стране возможно только с помощью дешевой и постоянной электроэнергии – электрогенерация на углеводородах для этого больше не подходит.

«Данное направление сотрудничества очень перспективно, и оно никак не связано со сложной ситуацией, которая возникла в рамках Совместного всеобъемлющего плана действия (СВПД) или, как он более известен, «ядерной сделки», — заключает Сажин.

Как отмечает эксперт, СВПД из-за действий США находится под угрозой и даже «на грани коллапса», но эта противоречивая ситуация не распространяется на мирный атом, поскольку строительство АЭС в Бушере находится под контролем МАГАТЭ.

«Здесь действительно есть хорошие перспективы, а второе, о чем можно говорить, так это военно-техническое сотрудничество, но тут существуют ограничения, поскольку в соответствии с СПВД Ирану нельзя импортировать тяжелое наступательное вооружение вплоть до лета 2020 года, а до 2023 года нельзя экспортировать и импортировать ракетные технологии», — резюмирует Сажин.

По словам Владимира Игоревича, из-за ситуации с СВПД вопрос о поставках российского вооружения в Иран находится в подвешенном состоянии, но ситуация складывается так, что в конце 2020 года возможно возобновление этого диалога Москвы и Тегерана.

«В результате, Россия может начать продавать Ирану военную технику. Интересно, что существующие запреты не касаются ненаступательного вооружения, поэтому Москва и сегодня имеет право поставлять Тегерану средства ПВО и ПРО. Таким образом, военно-техническое направление в ближайшие годы точно станет одним из факторов развития отношений РФ и Ирана», — констатирует Сажин.

Россия поможет Ирану выйти из-под американских санкций

Сажин отмечает, что Россия может помочь Ирану в преодолении экстерриториальных санкций США по нефтяному направлению по той схеме, которая была согласована Москвой и Тегераном до подписания в июле 2015 года многосторонней «ядерной сделки».

«В период действия в отношении Ирана санкций Совбеза ООН, т.е. с 2012 по 2016 годы, Москва и Тегеран договорились о принципе товарного сотрудничества путем обмена иранской нефти на российские товары. Иран привозит в Россию нефть, а мы отправляем в Иран продукцию российского машиностроения и наше железнодорожное оборудование», — заключает Сажин.

Такая схема была обговорена, но завершилась поставкой только одного иранского танкера в Россию – просто после того, как Тегеран подписал СВПД, там признали такую систему торговых отношений для себя не выгодной. В то же время, сегодня история повторяется.

«Данная иранская нефть должна затем уже продаваться Россией на мировом рынке, как своя собственная. Сегодня санкции США постоянно усиливаются и возможно присоединение ЕС к этому режиму, поэтому такая идея может быть реанимирована», — резюмирует Сажин.

Других особенных направлений в торгово-экономических отношениях между Россией и Ираном нет, хотя в тот период, когда работал самый жесткий пакет антироссийских санкций в отношении Турции, разговор заходил о закупке иранских фруктов и овощей.

«Это вполне возможно, но не надо забывать, что в России очень строгие требования к продуктам питания, и в отношении Ирана есть проблема, что его фрукты и овощи далеко не всегда отвечают российским ГОСТам», — констатирует Сажин.

Впрочем, здесь есть перспективы, как и в плане поставки на российский рынок иранских морепродуктов и молочных продуктов. Так что, Москве и Тегерану есть о чем разговаривать, поэтому в ближайшие годы наше сотрудничество будет усиливаться.