Общий интерес РФ и Саудовской Аравии приведет к новым нефтяным переговорам

Устойчивость саудовской экономики гораздо выше, чем у ее партнеров по картелю ОПЕК, считает руководитель специальных проектов Фонда национальной энергетической безопасности Александр Перов.

У Саудовской Аравии есть проблемы

Информационное агентство Bloomberg утверждает, что в том случае, если низкий уровень цен на нефть сохранится в течение нескольких лет, то в Саудовской Аравии наступит «невероятный кризис».

В агентстве считают, что ценовая война на рынке нефти обнажит проблемы неустойчивых экономик стран Персидского залива.

Приводятся цифры – при актуальных ценах на нефть к 2024 году саудиты исчерпают свои финансовые активы, поскольку золотовалютные резервы составляют порядка 0,1 процента от саудовского ВВП.

Проблема заключается в том, что даже при ценах в 50-55 долларов за баррель саудовский бюджет сводится с дефицитом, из-за чего проблемы Эр-Рияда гораздо шире проблем Москвы. В конце концов, именно это вместе с другими претензиями саудитов привело к коллапсу ОПЕК+.

Россию саудовские проблемы интересуют только в плане их влияния на подписание нового ограничительного соглашения по нефти.

В марте саудиты демонстративно отказались продлевать соглашение ОПЕК+ на старых условиях и объявили России ценовую войну. Они заявили о демпинге в 30 процентов на февральские фьючерсы и о решении увеличить добычу нефти с 9,7 млн баррелей в сутки до 12 или даже 13 млн баррелей.

Это попало на благодатную почву коронавируса и моментально обвалило цены на нефть – падения нефтяных цен в 30 процентов мировой рынок не знал с 1986 года. После этого возникла непонятная ситуация, когда ценовая война не выгодна ни Москве, ни Эр-Рияду, но обе страны не хотят терять свое лицо по политическим причинам.

У саудитов есть преимущества

«Безусловно, низкие цены на нефть являются ударом по Саудовской Аравии, но эта страна выглядит гораздо прочнее других членов ОПЕК. Вряд ли можно сравнивать ситуацию в Саудовской Аравии с ситуацией в Иране или Ираке. Не надо забывать, что у Саудовской Аравии низкий уровень государственного долга, поэтому эта страна может в ближайшее время безболезненно его нарастить», — заключает Перов.

Заметим, что госдолг Саудовской Аравии составляет 25 процентов от ВВП, причем в Эр-Рияде действительно заявили о планах его увеличить. И все это проходит по части аргументов Эр-Рияда в нефтяном споре с Россией.

У саудитов можно проследить три линии оптимизации финансовой ситуации. Во-первых, увеличение производства нефти, во-вторых, увеличение государственного долга, а в-третьих, снижение расходов государственного бюджета. Саудовский бюджет сегодня сводится при цене нефти в 71-75 долларов за баррель, причем в Эр-Рияде недавно заявили о сокращении его расходных статей на 5 процентов.

«Саудиты могут многократно нарастить уровень своего государственного долга. Еще важным их преимуществом является то обстоятельство, что государственная нефтяная компания Saudi Aramco не обременена никакими долгами. Есть пространство для дальнейшего сокращения своих обязательств за счет обороны – здесь у саудитов один из самых больших бюджетов в мире», — резюмирует Перов.

Александр Валентинович считает, что возможность для увеличения объемов добычи нефти является магистральным преимуществом саудитов.

«Они могут потерять сейчас в цене на нефть, но в состоянии компенсировать часть потерь за счет увеличения добычи. Это дает саудитам преимущество перед Россией, поскольку наши возможности по этому направлению ограничены, и Москва не сможет увеличить свою добычу так же сильно», — констатирует Перов.

Ценовая война никому не выгодна

Перов замечает, что саудиты могут постараться компенсировать падение цен на нефть за счет увеличения добычи, что приведет к непредсказуемым последствиям для рынка. Сейчас на рынке идет явное снижение потребления нефти, из-за чего увеличение предложения саудитов обвалит цены еще дальше. В такой ситуации они могут дойти и до 10-15 долларов.

После этого говорить об экономических выгодах для Эр-Рияда будет бессмысленно, но ситуативно такой вариант возможен.

У саудитов, как замечает Перов, имеется преимущество в виде низкой себестоимости добычи нефти, поэтому, если вынести за рамки их национальный бюджет, то производство на максимальных уровнях они могут поддерживать чрезвычайно долго

«Что касается России, то наши возможности к увеличению добычи ограничены. Говорили про 500 тысяч баррелей в сутки, но последние новости показывают, что мы вообще не будем наращивать свою добычу по причине ситуации с коронавирусом», — заключает Перов.

С другой стороны, непонятно, а есть ли у нас такая возможность – в «Роснефти», главном лоббисте жесткой линии России, заявляют, что «да», а в «Лукойле» называют максимум увеличения в 300 тысяч баррелей.

«Дело в том, что Россия себя слабо ограничивала в ОПЕК+, в чем и состояла главная претензия Эр-Рияда к Москве. Если посмотреть на то, что писала арабская пресса, то мы увидим, что в Саудовской Аравии долго крепло раздражение. Россию обвиняли в том, что мы занимаемся не ограничениями добычи нефти, а только словесными интервенциями», — резюмирует Перов.

По этой причине неудивительно, что у России нет особенных планов по увеличению своей добычи нефти. Что касается саудитов, то при текущих ценах на нефть их не спасет никакой рост производства.