«Налоговый маневр» Минска обернулся изменением стратегии РФ по интеграции с Белоруссией

Налоговый маневр является не причиной, а триггером обострения двусторонних отношений России и Белоруссии, считает заместитель заведующего кафедрой государственной политики МГУ Максим Вилисов.

Россия отказалась от политики односторонних дотаций

Государственный секретарь Союзного государства России и Белоруссии Григорий Рапота считает, что финансовые последствия налогового маневра в РФ являются основной проблемой отношений Москвы и Минска.

Рапота представляет Россию и занимает данный пост с ноября 2011 года.

По словам Рапоты, в России понимают, как Белоруссия восприняла недополученные доходы, и даже готовы рассмотреть вопрос их компенсации, но взамен белорусская сторона должна определиться с тем, какое образование строят вместе Москва и Минск.

Проблема налогового маневра, который в течение шести лет лишит Минск косвенных дотаций на импорт нефти, равных сумме от 2 до 5 млрд долларов в зависимости от года, перешла из экономической сферы в политическую и давит на наши отношения.

«Трения по налоговому маневру выступили триггером обострения отношений Москвы и Минска, а не их причиной. Причинно-следственная связь тут существует, но этот аспект наших двусторонних отношений, как и его взаимосвязи, постоянно меняется. В Минске поняли, что экономическое решение Москвы по Белоруссии имеет политическую подоплеку в виде предложений по интеграции», — заключает Вилисов.

Россия предложила Белоруссии пакет интеграционных мер, которые были Минском отклонены. Официально белорусская сторона хотела бы разобраться с экономикой, а потом уже говорить о политике. Из-за этого вопросы интеграции отложены на второй план, а переговорный процесс стал значительно уже, пусть это и произошло из-за последствий пандемии коронавируса.

«Россия показала, что не будет больше ситуации, когда Минск получает экономические преференции без дальнейшего движения в сторону интеграции с Москвой. Белорусы на это стали отвечать с помощью политических механизмов, которые остаются для Минска единственным доступным инструментом», — констатирует Вилисов.

Если посмотреть на последние десятилетия, то, как считает Вилисов, у Белоруссии не было реальных стремлений к интеграции.

«Налоговый маневр привел к разногласиям из-за того, что в России неожиданно для Белоруссии поменялась парадигма двусторонних отношений. Если ранее в Москве сквозь пальцы смотрели на нежелание Минска интегрироваться и разрешали использовать экономическую помощь в своих интересах, то сегодня все изменилось. Это и привело к смещению акцентов», — резюмирует Вилисов.

По словам Максима Владимировича, базовые противоречия между Москвой и Минском не преодолены, но получили другое звучание в связи с «коронакризисом». В будущем данная проблематика обязательно будет поднята снова.

«Благодаря кризисной ситуации в мире упали цены на энергоносители, но сам вопрос не снят, а что касается интеграции, то сегодня нельзя ожидать выхода России и Белоруссии на новый уровень», — заключает Вилисов.

Белоруссия пытается создать вид, что ищет альтернативы России. Это выражается в переговорах по поставкам газа и в разовых нефтяных закупках. Еще Минск взял у МВФ кредит, в результате чего в Белоруссии изображают подобие многовекторности.

Дискуссия возобновится после выборов в Белоруссии

Главный научный сотрудник Института Европы РАН Николай Межевич в разговоре с ФБА «Экономика сегодня» не согласился с тезисом, что российский налоговый маневр является главной причиной сложившейся в отношениях Москвы и Минска ситуации.

«Лучше сформулировать тезис иначе – он является главным поводом, поскольку дискуссия по налоговому маневру стала достоянием общественности. Мы хорошо помним, что раньше сложные вопросы двусторонних отношений не выходили из треугольника Кремль – Правительство РФ – МИД. Такой же треугольник существует в Минске», — констатирует Межевич.

Налоговый маневр является реперной точкой в российско-белорусских отношениях. Это одна из причин текущего обострения, возможно даже, что самая крупная и самая важная, но корни данной проблемы значительно шире.

«Наши двусторонние отношения зашли в определенный тупик, причем тут существует как политическое, так и социальное с экономическим измерения. Необходимо посмотреть и на правовой аспект – да, с 1996 и 1999 годов многое изменилось, но существуют соглашения, и они должны обеими сторонами исполняться», — заключает Межевич.

Договоры об интеграции не исполняются, а сам интеграционный процесс между Россией и Белоруссией не развивается, несмотря на все политические реляции, которые периодически раздаются от белорусской стороны.

«Позиция Москвы за последний год была четко сформулирована и является понятной. Сначала экономическая интеграция, затем выстраивание тесных союзнических отношений. После этого мы возвращаемся к углублению экономических связей, при которых получателем является Минск, а донором выступает Москва», — резюмирует Межевич.

Сейчас этот вопрос, как отмечает Николай Маратович, находится в тени, поскольку у соседей в августе пройдут президентские выборы.

«Поэтому сейчас не время для экономических расчетов и переговорной работы, а вот после выборов избранный белорусский президент будет заново искать пути и механизмы решения указанных проблем», — констатирует Межевич.