Кризис сланцевой добычи США заставил Трампа пойти на диалог с Путиным

Диалог между Трампом и Путиным говорит о том, что падение цен на нефть больно ударило по американской экономике, считает заместитель директора Института национальной энергетики Александр Фролов.

Ситуация на нефтяном рынке сложилась аховая

Президент США Дональд Трамп и президент РФ Владимир Путин провели вчера телефонный разговор и обсудили сотрудничество в энергетике.

Трамп и Путин договорились о важности обеспечения стабильности на мировых энергетических рынках, а это говорит о том, что текущие цены на нефть не устраивают ни российскую, ни американскую стороны.

Отметим, что марка Brent пробила очередное дно и дошла до 22 долларов за баррель, причем это явно не предел, поскольку потребление на мировом рынке падает, а некоторые участники рынка угрожают поднять добычу. К саудитам здесь вчера присоединились норвежцы.

Если такое произойдет, пусть саудиты и сократили свои амбиции до 1 млн баррелей в сутки, то это еще больше обвалит нефтяные котировки.

«Перед этим разговором Трампа и Путина поступило сообщение о том, что 25 марта произошел разговор между американским президентом и саудовским наследным принцем. При этом в первоисточниках значится другая дата – есть сведения, что этот разговор произошел чуть ли не 9 марта, т.е. сразу после развала ОПЕК+ и начала ситуации, приведшей к обвалу нефтяных цен», — констатирует Фролов.

Фролов заметил, что данный звонок Трампа был логичен, как и его риторика в виде похвалы саудитов, что они борются, но не обрушивают цены ниже того уровня, который повредит американской нефтегазовой отрасли. Здесь Трамп довел до саудитов свои пожелания по развитию данной ситуации, поскольку последние события поставили американскую сланцевую добычу на грань катастрофы.

«Ситуация развивается динамично, поэтому те заявления, которые делало американское руководство в начале марта, больше не актуальны. Уровень цен и условия, по которым приходится работать поставщикам, сильно изменились. И дело здесь в уровне спроса на нефть, который сейчас находится на низких показателях. Это связано с тем, что в США и ЕС снизилась деловая активность», — заключает Фролов.

Как полагает эксперт, все это вызвано форс-мажорными обстоятельствами, которые являются следствием пандемии коронавируса.

«С другой стороны, деловую активность восстанавливает Китай, который за март практически вернулся к докризисному уровню потребления углеводородов. Это обстоятельство стабилизирует баланс спроса и предложения в мире», — резюмирует Фролов.

Экономика США находится под давлением низких нефтяных цен

По мнению Александра Сергеевича, в современных условиях тяжело всем производителям нефти, но американцам сложнее вдвойне, а то и втройне, поскольку Соединенные Штаты являются крупнейшим потребителем сырья в мире.

«Американцы в сутки потребляют 21 млн баррелей, а это больше того, что Россия и США производили по соглашению ОПЕК+. Это примерно 21 процент всего мирового потребления, но если брать нефтяную отрасль США, то она представляет собой разношерстное хозяйство. Это лоскутное одеяло, которое соткано из большого числа маленьких компаний, меньшего числа средних компаний и немногочисленных крупных структур, которые не концентрируются на США, а ведут добычу по всему миру как транснациональные корпорации», — констатирует Фролов.

Фролов считает, что это приводит к нестабильности на нефтяном рынке США, поскольку кризис больно бьет по маленьким структурам.

«Есть такая поговорка, «пока толстый сохнет, худой сдохнет». Вот здесь примерно так. Крупные компании в ходе кризиса могут долго терпеть чистый убыток – они сокращают свои инвестиционные программы, но затем за счет масштаба и диверсификации быстро отбивают потери и возвращаются к своей стандартной работе», — заключает Фролов.

С небольшими компаниями все не так, и это прекрасно видно по сланцевой добыче в США как в период 2015 года, так и в настоящее время.

«Маленькие нефтяные компании к кризису не приспособлены, что и показали события 2014-2016 годов, когда американские нефтяники массово разорялись. Общее число обанкротившихся компаний тогда достигло в США 150 штук, а добыча снизилась на 1,2 млн баррелей в день, ведь тогда она была там ниже, чем сегодня. Американский максимум на тот момент находился на уровне в 9,6 млн баррелей в сутки, поэтому перед нами критичное снижение показателей, которое может сегодня повториться», — резюмирует Фролов.

Александр Сергеевич считает, что в США ситуация еще хуже, чем пять лет назад, поскольку американская нефтяная отрасль с 2016 года не оздоровилась.

«Переводя на простой язык, это означает, что не все слабые и хилые в США вымерли. Просто потому что многие из американских компаний, которые находятся сегодня в шатком положении, на фоне сделки ОПЕК+ стали восстанавливать свою добычу, привлекать финансирование и набирать новые кредиты. В результате вырос суммарный размер долга всей отрасли», — констатирует Фролов.

Для обслуживания этого долга американские сланцевики старались добывать еще больше и больше, из-за чего попали в ловушку низких цен. Сейчас, даже если бы у этих компаний не было долгов, все их доходы уходили бы на обслуживание себестоимости добычи, а это означает, что они просто не могут заработать на дальнейшее развитие бизнеса.

Именно это смущает американскую администрацию, что и стало предметом данных переговоров между Трампом и Путиным.